Власть в Израиле переходит к «жертве русских хакеров»

0
79

Власть в Израиле переходит к «жертве русских хакеров»  

Вопреки тому, что премьер Израиля Нетаньяху называл своей «великой победой на выборах», новое правительство страны поручено сформировать его оппоненту, чтоб не сказать врагу − лидеру блока «Кахоль-Лаван» Ганцу. Скорее всего, власть в Израиле перейдет к боевым генералам и людям, пострадавшим от санкций против России. Что это означает на практике?

У действующего премьер-министра Биньямина (Биби) Нетаньяху и вероятного будущего премьера Бени Ганца давняя история противостояния. В 2005 году, когда Израиль начал выводить свои войска и еврейские поселения из Газы (чтобы впоследствии ее запечатать, что не совсем корректно называют блокадой), министр финансов Нетаньяху подал в отставку в знак протеста. А Ганц, занимавший в то время пост начальника сухопутных войск, был одним из ответственных за «одностороннее размежевание».

Это бы еще ничего, но взрыв общественного негодования вызвала фраза, неосмотрительно брошенная будущим генерал-полковником: мол, отказ от участия в выводе поселений (которое тот же Нетаньяху называл депортацией, а более злые языки – этнической чисткой) для солдата – форма предательства, а для государства опаснее ракетных обстрелов. Вопрос участия или демонстративного неучастия в депортации тогда дискутировался остро, и, с точки зрения ряда военных, Ганц повел себя не как «батяня-комбат», а как «та еще сволочь».

Это, впрочем, не помешало ему впоследствии возглавить израильский генштаб. После отставки Ганц выждал обязательные в таких случаях три года (то – требование закона), двинул в большую политику и бросил вызов Нетаньяху, который к тому моменту руководил страной вот уже 10 лет. И надо сказать, что настолько горячей и долгой драки страна не видела уже давно.

Вот несколько цифр – не интересных, но важных для понимания ситуации. В израильском Кнессете, где принимают законы, формируют правительство и даже избирают президента, 120 мест. Чтобы правительство могло функционировать, у него должна быть коалиция из 61 депутата. Все депутаты избираются по партийным спискам, но случаи, когда одна партия получает на выборах больше 50% голосов, остались во временах Голды Меир – редко какой блок может претендовать даже на 25%. Поэтому коалиции обычно получаются пестрые и состоят из нескольких партий. Чаще связка между ними идеологическая, но иногда более сложная – личностная.

Другими словами, некоторые люди плюс-минус похожих взглядов настолько ненавидят друг друга, что представить их в одной команде затруднительно.

Сейчас мы имеем вариант, близкий ко второму. Формально блок «Кахоль-Лаван» левоцентристский. На деле подобное можно сказать только про флагманскую партию Ганца. Его младший партнер – лидер партии «Еш Атид» Яир Лапид – типичный либерал, чтоб не сказать хипстер. Лидера третьей силы того же блока – Моше Яалона из партии «Телем» – вообще можно назвать националистом.

Эти двое вполне могли бы работать с Нетаньяху – и действительно работали. Яалон, например, был первым замом, исполнял обязанности премьера в период госпитализации Нетаньяху и руководил министерством обороны, а Лапид – министерством финансов. Но впоследствии оба покинули правительство со скандалами, а потом примкнули к Ганцу и решили учинить бывшему начальнику разгром на выборах.

Теперь Яалон, скорее всего, опять возглавит минобороны, а Лапид – МИД, чтобы через два года занять кресло премьера в соответствии с межпартийными договоренностями. Это будет интересная история, учитывая его творческую натуру – активист, журналист, драматург, актер и красавец-мужчина, но без школьного аттестата зрелости. Однако до «пересменки» правительство еще должно дожить, что будет трудной задачей.

По правилам первая попытка собрать коалицию предоставляется лидеру победившей партии. Если он не справился, это право переходит к лидеру второй по популярности силы, затем – к любому из депутатов, кто вызовется. На реализацию каждой попытки дается около месяца – и если новое правительство все-таки не рождается, назначаются новые выборы, а прошлый кабмин продолжает исполнять свои обязанности.

Сейчас расклады таковы, что в активе Нетаньяху, несмотря на формальную победу его «Ликуда», всего 58 голосов, а вот Ганц заполучил необходимый минимум в 61. Это стало возможным благодаря поддержке партии Авигдора Либермана «Наш дом Израиль», за которую в основном голосуют русскоязычные. Либерман был тем, кому Нетаньяху отдал министерство обороны после Яалона, что последний воспринял как предательство, но на текущий момент у него с Биби еще более скандальные отношения, несмотря на идеологическую близость по многим практическим вопросам.

Наверняка президент Израиля Реувен Ривлин вручал Ганцу мандат на формирование кабмина, что называется, «скрепя сердце»: они с Нетаньяху однопартийцы и вместе работали над созданием у населения ощущения, будто коалиция с Ганцем во главе – это смертельная угроза для государства. Главный довод в этом смысле – то, что такая коалиция никак не сможет обойтись без депутатов из арабских партий, а значит, «арабы будут диктовать Израилю свою волю».

Большинство населения страны то ли согласно с такой точкой зрения, то ли устало ходить на участки, но выступает за то, чтобы Ганц и Нетаньяху собрали правительство национального единства и обошлись бы без арабов. Но этому, во-первых, мешают личные счеты между политиками, во-вторых, тот накал страстей, что был создан за полтора года непрекращающейся предвыборной кампании. Оба лидера успели наговорить такого, что их теперь трудно представить в одной комнате, если она недостаточно большая и нет возможности растащить двух крепких мужчин по углам.

В их группах поддержки накал страстей немногим меньший. Фанаты Биби клеймят «сине-белых» (так, собственно, и переводится «Кахоль-Лаван») «союзниками террористов» и «рассадником леволиберальной чумы», а им в ответ замечают, что погрязший в коррупционных скандалах Биби смертельно надоел и хотелось бы видеть премьером кого угодно, но только не его.

Особенно популярна эта мысль у столичной интеллигенции и либеральной молодежи. Консервативная провинция, особенно те районы, что подвергаются ракетным обстрелам, голосовала за Нетаньяху.  

Однако, вопреки крикам особо ретивых сторонников «Ликуда», «Кахоль-Лаван» блок не «национал-предателей», а бывших военных с генеральскими погонами (к Ганцу и Яалону нужно добавить как минимум Габи Ашкенази – еще одного экс-главу генштаба, который шел в списке оппозиции четвертым).

Другое дело, что Нетаньяху поддерживают религиозные партии, а либерал Лапид страстно хочет, чтобы религии в стране было поменьше – например, чтобы все учреждения могли спокойно работать по субботам. Но это уже, что называется, обстоятельства второго порядка.

Тут, как было выше сказано, в большей степени личное, просто в пылу борьбы дозревшее до ненависти к сопернику, как к злу во плоти.

«Ты трус! – А ты сядешь!» – вот пример диалога Нетаньяху и Ганца, если отрезать от него всё лишнее.

С такими ставками говорить о полном завершении политического кризиса не приходится – он еще не раз даст знать о себе, благо большинство в 61 голос крайне неустойчиво, а кто-нибудь возможно и впрямь сядет. Но ввиду отсутствия между двумя фронтменами фундаментальных идеологических противоречий смена власти вряд ли повлияет на отношения между Израилем и Россией. А они при Нетаньяху стали хороши как никогда, даже несмотря на системные разногласия по сирийскому и иранскому вопросам, чреватым, как мы знаем, стрельбой.

Правда, у Лапида, как либерала, отношение к Москве значительно сложнее, чем у национал-консерватора Нетаньяху, а сам Ганц успел обвинить Кремль – вот сейчас будет смешно! – во вмешательстве в израильские выборы руками «русских хакеров» в пользу Нетаньяху. У премьера парировали в том духе, что у Ганца наверняка крыша поехала – и как ему такому можно страну доверить?

Тем не менее пересмотра политики на российском направлении, скорее всего, не случится. По-прежнему будем совместно противостоять попыткам сфальсифицировать историю Второй мировой, делать бизнес и обходить стороной проблему Украины, по которой власти еврейского государства держат нейтралитет.

Это, кстати говоря, еще вопрос – что важнее: то, что Ганцу русские хакеры померещились, или то, что он сам пострадал от антироссийских санкций. После генштаба генерал-полковник руководил компанией, занятой в сфере компьютерной безопасности, и застал ее разорение. Одна из причин краха – включение в санкционный список США российского миллиардера Виктора Вексельберга, являвшегося основным инвестором компании, но это уже другая история.